Совсем не случайно запись стадионного концерта "Живой Огонь" группы

 

Группа «Ария», обретя два с половиной года назад нового вокалиста Артура Беркута, полностью доказала свою состоятельность. За плечами у преображённой «Арии» — умозрительно-лирический сингл «Колизей» (2002) и историософский диск «Крещение огнём». Сейчас группа готовит новый альбом, представление которого запланировано на осень. А пока, дабы не затягивать информационный голод, гранды отечественного хэви-рока одарили поклонников «двухсторонним» концертным релизом «Живой Огонь».

Совсем не случайно эта запись стадионного концерта названа словосочетанием, которое в Православии символизирует Святого Духа. Начиная с альбома «Крещение Огнём», музыканты всерьёз увлеклись религиозно-патриотической риторикой. Летом 2003 года участники «Арии» дали автору этих строк интервью, в котором подтвердили свои славянофильские увлечения и даже заметили, что совсем не были бы против, если бы песню «Патриот», открывающую диск «Крещение Огнём», использовали в своём сборнике какие-нибудь оппозиционные режиму здравые силы. Публикация той беседы вызвала резко негативную реакцию со стороны рядовых фанатов «Арии», а некоторые из них даже объявили интервью фальшивкой. Слава Богу, у интервьюера есть свидетели в лице администратора официального сайта и представителей выпускающей компании «Арии», что подобный разговор с музыкантами действительно имел место…

Этот концертник может быть приравнен к разряду эпосов. Как и «Крещение Огнём», «Живой Огонь» также открывается «программной» песней «Патриот», но ей ещё предшествует усмиряющее «Интро». Неторопливый духовой инструментал призывает зрителей забыть о злокозненных танцах и обратиться к вдумчивому постижению сценического действа. «Патриота» сменяет апокалиптическая «Битва», повествующая о том, как представители «арийского» рода вступают в решительный бой с носителями космического зла. Песня парадоксальным образом представляет собой парафраз «Священной войны», как если бы последняя начиналась со строк:

Вставай, страна огромная,

Вставай на смертный бой,

С нечистой силой тёмною,

С космической ордой.

Однако такая перекодировка имеет место быть хотя бы потому, что «Священная война» включает куплет, несущий подлинно евангельский пафос:

Как два различных полюса,

Во всём враждебны мы –

За свет и мир мы боремся,

Они – за царство тьмы.

К тому же в битве есть фольклоризованные вставки, представляющие собой умелую стилизацию под русскую народную песню об отразившейся на дне колодца Звезде Полынь. Несколько вольная подмена понятия «демонический» на «космический» слушателя смущать не должна: ведь «Ария» обращается прежде всего к подросткам, которые до систематического чтения Евангелия немного не доросли. Поэтому музыкантам и приходится иногда говорить со своими фанатами на языке компьютерных игр.

По этой же причине вокалист Беркут вынужден буквально разжёвывать пришедшим на концерт драматургию выступления: «Добрый вечер, Москва! «Ария» сегодня здесь. Первой песней была – «Патриот», за ним – «Битва». А теперь мы предлагаем немного «раскачать этот мир». Песня «Раскачаем этот мир», доставшаяся «Арии» ещё со времён перестроечной смуты, в новом контексте зазвучала совершенно по-иному. Раньше ей был присущ заряд тотального антигосударственного негативизма. Теперь – после первых двух семантически насыщенных имперских гимнов её хочется рассматривать в градации христианского двоемирия. «Раскачать» ЭТОТ – бренный, плотский, греховный мир – всё равно, что хоть немного приблизить к себе ТОТ мир — беспредельной Божественной любви и милосердия. Заметим, что в песне нет революционного задора, иначе мир бы предлагалось не раскачивать, а с ходу уж разрушать.

Правда, от перестроечных соблазнов в песне осталась тягостная фраза: «Ты всё понял – здесь бессилен сам Бог». Однако этот формальный кухонный атеизм с лихвой искупается монументальной фразой, прозвучавшей в следующей песне «Колизей». Обращаясь к герою песни — освобождённому гладиатору -, автор строк Александр Елин восклицает:

Ты один не сломался, не лёг,

От ударов хранил тебя Господь…

Таким образом, избранность победившего гладиатора объясняется не его личными заслугами, а неизреченной Божественной волей. Взамен дарованной жизни Господь даёт воину послушание восстановить разрушенный Рим. На концерте музыканты «Арии» тонко намекают своим поклонникам, что здесь и сейчас эта миссия актуальна, как никогда. Так, перед «Колизеем» Беркут напоминает залу, что «эта песня стала популярной благодаря вам», а в доброй половине прочих песен велеречиво взывает к «Москве и москвичам». Героический оклик «Эй, Москва» в песне «Бой, продолжается» окончательно завершает обрисовку образа стенающего «Третьего Рима», который нам всем ещё предстоит освободить от иноземцев.

Само освобождение описано в венчающей альбом «Балладе о древнерусском воине». Личина врага здесь подана вполне однозначно:

Запад катился войной на Восток,

На спинах и на сердце – крест…

Это – о любых лжепророках (упёртые католики – лишь одни из них), которые имеют крест где угодно, но только не на груди, потому и очерствели их сердца. Показной набожности западных агрессоров противопоставлена исконная праведность доблестных русских воинов, помогающих своим даже после смерти. Но шовинизм и нацизм, тем не менее, «Арии» чужд. Не случайно в финале шоу Беркут, к всеобщему восторгу зала, представляет музыкантов не только на русском, но и на английском, немецком и других языках…

Отрадно также, что, кажется, впервые, выстраивая концертную программу, «арийцы» совсем отказались от медленных депрессивных композиций, вроде самоубийственной баллады «Возьми моё сердце» или марша адского всадника «Следуй за мной». Тем же балладам, которые всё-таки в альбом вошли, присущи глубокие этические экзерсисы, вроде «жизнь – не для тех, кто любит злых». Уходя со сцены, музыканты чувствуют за собой полную и безоговорочную победу, что отражается в задорных криках «УРА, УРА, УРА». А чарующие органные звуки помогают всем остальным унести домой тёплую частичку «Живого Огня».

 



  • На главную